Среда, 07 декабря 2016 года

Погода -6..-8 С о

«Лишь бы не было войны»

Культура 11:13, 04 марта 2009
Антонина Фоминична ОстровскаяЕй до сих пор снится один и тот же сон.
За  шестьдесят шесть лет он не изменился, не потускнел, не утратил ни одной мельчайшей детали того страшного дня, когда их с папой вели на расстрел.
И семнадцатилетняя Тоня седьмой десяток лет из этого сна кричит отцу: «Папка, бежим прятаться в клуню!»
Кричит и понимает, что от фашистской пули им уже не скрыться.


Была средь лесов деревенька… Желуды


Числится она и сегодня, хотя от деревни осталась одна хата. Да и из той давно человечий дух выветрился. Ушли люди из этих мест. Из былых путей-дорожек не заросла всего одна тропка - на местный погост. Туда, где похоронены родители, дедушки и бабушки рассеянных по городам и весям желудовцев. Приезжают сюда дети, а теперь уже чаще внуки, на Радоницу и в родительские субботы, чтобы присмотреть за родными могилами да предков помянуть добрым словом. Здесь, на этом погосте, есть и могилы дедушки и бабушки Антонины Фоминичны Островской, в войну  партизанской разведчицы и связной Тони Чубаровой. Пока были силы, Антонина Фоминична ездила в родные места, а теперь уж четвертый год пошел, как старость и болезни приковали ее к постели. Но ничего, дочь Лариса и зять Олег вместо нее ездят. И не только за родными могилками присматривают, но и еще за двумя.
...Было это в начале войны. В неразберихе, когда линия фронта еще четко не сформировалась, советские и немецкие подразделения могли стоять вперемежку. У того, что оставалось от наших взводов, рот, батальонов, чаще всего даже не было связи между собой. В то лето какая-то наша десантная часть то ли прорывалась из окружения, то ли стояла где-то возле деревни. Два солдата-десантника, Андрей Скубин и Иван (фамилию Антонина Федоровна не смогла вспомнить), оба родом из Куйбышева, пришли в Желуды за картошкой. Чубаровы предложили ребятам взять пару мешков картофеля у них и быстрее уходить из села, пока немцы не приехали. Но те решили пойти на заброшенное колхозное поле. Это не ускользнуло от глаз местных предателей, подмога к ним из Сыр-Липок, где стояли немцы, примчалась быстро.
Лариса хорошо знает то место, где были расстреляны десантники. Мама ей не раз его показывала. Похоронили Андрея и Ивана местные жители на деревенском кладбище. В войну и после нее Чубаровы ухаживали за этой солдатской могилой. Сначала дедушка с бабушкой, потом Тонины отец с матерью, затем сама Антонина Фоминична, а сегодня - ее дочь с мужем.


Партизан спасли партизаны


Что бы там про них ни говорили, но немцы не любили сами делать «черную» работу. Да и зачем? На Смоленщине хватало мерзавцев, способных за белую повязку на рукаве и одобрительное «Гут! Гут!» сотворить любую гадость, лишь бы угодить хозяевам. В Желудах полиции не было, но полицай Василий Подмазов имелся. По соседству с Чубаровыми жил. До войны ладили между собой. А как громыхнуло в 41-м да покатился фронт от Бреста к Москве, тут сразу отчетливо прорисовалось, кто есть кто. Одни, оказавшись в оккупации, к партизанам подались и в тылу бились за Родину, а другие нашли себя в услужении захватчикам. Отец Антонины Фоминичны Островской, Фома Ефимович Чубаров, комиссованный по ранению из армии, ушел в партизанский отряд. А сосед его поверил в «новый немецкий порядок» всей душой. И никакой тайны для него не было в том, что через улицу, в доме Чубаровых, выпекают хлеб для партизанского отряда Анисимова.
Тоню и Фому Ефимовича гитлеровцы подстерегли, когда они пришли из леса домой. Бабушка Феодосия Моисеевна накануне напекла хлеба, который они должны были забрать с собой. Сосед Подмазов от души «подмазал» оккупантам. Фашисты приехали с полицаями из Сыр-Липок вечером, когда отец с Тоней уже расположились дома на ночлег. Допросами себя не утруждали. Пойманных партизан решили расстрелять, а деревню - наутро сжечь вместе со всеми жителями.
Эти планы сорвала партизанская разведка. В тот самый момент, когда Фому Ефимовича с дочерью полицаи повели казнить, на конвой налетел партизанский отряд. После короткого боя Чубаровы снова оказались у своих.
А вот Желуды спасти не удалось. Подоспевший карательный отряд подпалил село со всех концов. Было это летом 1942 года. Благо люди, предупрежденные партизанами, успели уйти в лес. Ушли и Чубаровы. Погрузили на подводу нехитрые пожитки, бабушку, сестренку Матрену, больную детским церебральным параличом, и вместе со всеми подались в партизанские края.
А дальше у Антонины Фоминичны жизнь складывалась как у всех. Воевала в партизанском отряде. В пикете была и в засаде, там и руки отморозила. Сама не заметила, как это случилось. Пролежали разведчики на снегу несколько часов, поджидая немцев, вот и примерзли у Тони руки к автомату. Чудом удалось пальцы спасти.


«Мы наш, мы новый мир построим…»


Поколение, прошедшее войну, свято верило в то, что после 9 Мая 1945 года наступит новая эпоха. В то, что именно им, вчерашним фронтовикам, предстоит построить новый мир. И они его построили. До 1957 года Антонина Фоминична жила с родителями в Желудах. После ухода немцев деревня рождалась заново. Жизнь продолжалась. Надо было пахать и сеять, работать на фермах… В общем, кормить огромную разрушенную войной страну. За дело брались сразу, без раскачки. Тоня Чубарова преподавала физкультуру в школе, потом вышла замуж. В 1957 году семья Островских переехала в деревню Киселевка, бывшую бригадой совхоза «Талашкинский». Там Антонина Фоминична работала учетчиком на ферме, а когда хозяйство разукрупнили, то осталась во вновь созданном совхозе «Козинский» выращивать овощи.
Быстро летит время, уже успели вырасти и встать на ноги три послевоенных поколения. Но, слава богу, до сего дня живы люди, для которых война сначала уходила на запад, а только потом - в историю. Немного их осталось, живых свидетелей тех лет. Тем ценнее их рассказы, воспоминания, в которых видна не та война, которую мы изучали по учебникам истории. Например, Лариса, когда Киселевка стала застраиваться и превращаться из деревни в городской микрорайон, познакомилась с женщиной, которая точно показала место разрушенного бомбой блиндажа. Это близко от их дома, прямо за киселевским рынком. Там сейчас старое кладбище. И могилка мужа Антонины Фоминичны расположена чуть ли не на самом блиндаже. Когда копали, нашли бревенчатый накат и хорошо сохранившийся сапог. Кто был в этом блиндаже? Можно ли установить их имена? Соседка рассказывала, что когда немцев от Смоленска отогнали, то вся земля в районе Киселевки была усеяна трупами наших солдат. Они с матерью и еще несколькими женщинами ходили по округе, собирали убитых и носили тела к воронке возле разрушенного и засыпанного взрывом блиндажа. Собрали останки, сколько смогли, и захоронили в братской могиле. Это воинское захоронение существует и сегодня. Безымянное. Женщины не догадались посмотреть, есть ли на убитых медальоны-«смертнички» с именами и адресами погибших...
Антонина Фоминична, пока были силы, всегда ходила в школу на Уроки мужества, рассказывала ребятам о войне. Считала это своим гражданским долгом. Да и приятно становилось на душе, когда видела живой интерес к судьбе своего поколения в десятках юных глаз...
Последнюю медаль ей принесли в прошлом году. Правительственная награда с доставкой на дом. Но не медаль порадовала, а то, что не забыли партизанку, связную, разведчицу… А раз помнят, значит, жизнь прожита не напрасно. Такие люди не привыкли жаловаться на трудности, требовать к себе особого внимания. Они прошли огонь и воду, повторяя, как заклинание: «Лишь бы не было войны», и сделали все для того, чтобы ее больше НИКОГДА не было.
Оценить новость
Рейтинг 0 из 5 (0 оценок)


Загрузка комментариев...
Читайте также
В Смоленске мошенники обманули пенсионерку
16 минут назад
28
Убедили бабушку купить детектор загрязнения воздуха.
В Смоленске суд отправил алиментщика убирать кладбище
42 минуты назад
144
Мужчина задолжал своим детям свыше 300 тысяч рублей.
Вывожу ежика из тумана, или Что делать, если вы нашли зимой «бездомное» колючее чудо
сегодня, 16:18
115
В этом году осень стояла удивительная: несколько раз земля у...

Опрос

Новогодние желания, которые вы загадывали в прошлом году, исполнились?


   Ответили: 79