Месть «детей подземелья». Бомжи до смерти избили пожилого смолянина за татуировку

Криминал

Пенсионер похвастался в компании бомжей криминальным прошлым и показал выбитую на зоне татуировку. Демонстрация тату закончилась трагедией…

Каморка «Папы Карло»

«Валь, чем это из подвала несет? Весь подъезд протух! - Денис втянул в себя воздух, сделал глубокий вдох и брезгливо поморщился. - Помяни мое слово, точно какая-нибудь шавка в подъезд заползла и сдохла там».

«Так иди и посмотри, долго мы мучиться будем, - развела руками жена. - А лучше коммунальщиков вызови, мало ли что. Сам знаешь, что у нас в подвале творится».

Денис знал. Весь подъезд многоэтажного дома в Промышленном районе Смоленска криком кричал из-за незваных гостей, оккупировавших подвальное помещение. Особенно в зимнюю пору. Бездомные давно облюбовали многоэтажку «в тихом дворике» и даже устроили в его «трюме» настоящую каморку «Папы Карло».

В соответствии со своими представлениями о комфорте приволокли в подвал старую мебель и тюфяки. Жить можно!

Жильцам такое соседство не нравилось. Да и кто придет в восторг от тараканов и клопов, начавших уверенно мигрировать с этажа на этаж? Шум, вонь, пьяные стычки. Вечером в подъезд зайти страшно, мужья и отцы встречают жен и дочерей у входа - мало ли что может случиться с беззащитной женщиной в темное время суток?

Управляющая компания устала принимать жалобы на бездомных любителей погреться в подъезде. Конечно же, меры принимались. Несколько раз проводилась «зачистка» технического помещения, и облезлые диваны, видавшие виды кресла и хромоногие табуретки возвращались на помойку, а на двери в подвал появлялся амбарный замок.
Но как только наступали холода, бомжи срезали его и снова устраивали в подвальном отсеке дома ночлежку, грелись на трубах.

И никакой управы на них не было. Городские парни кучковались в подвале по вечерам по трое-четверо, иногда и большие компании собирались. Жильцы боялись им перечить. Мало ли что? Вроде как люди безобидные, хоть и невысокой культуры. А кто знает, что им может в голову прийти?

А приходило многое. Могли опорожниться на коврик, коль «сосед» из «бельэтажа» критическое замечание сделал. Или надпись на двери мелом выписать, да такую неприличную, что глаза на лоб лезут. На худой конец, ругнуться вслед ему затейливым матерным коленцем, от которого уши в трубочку свернутся.

Многие люди, живущие в этом «нехорошем» подъезде с «бомж-сюрпризом», старались откупиться от свалившихся на их головы «симбиотов». Подкармливали изредка и даже угощали чем-нибудь вкусным с праздничного стола в «красный день календаря». Сердобольный, христианский подход к «униженным и оскорбленным»!

Запах смерти

Не обошлось без подкупа бездомных и в этот Новый год. Троица смоленских клошаров, приняв щедрые дары, даже пообещала, что безобразных выкрутасов не будет: «Сидим, как мыши. Тише воды, ниже травы».

Так откуда же взялся этот тошнотворный запах?

Жильцы высказывали разные версии. Первая - кто-то уехал на январские каникулы, а холодильник сломался, вот и неприятный запашок пошел. Когда смрад усилился, возникла вторая версия - бездомная собака искала укромный уголок, чтобы умереть, и нашла.

И, наконец, кто-то из проживающих в подъезде вспомнил об одиноком пенсионере Сергее Петровиче Смирнитском: «Что-то я дедулю давно не видел. Вроде бы родных у него нет. А вдруг беда случилась?»

Кто-то некстати нехорошо пошутил: «И вправду стариковскими «духами» несет!»
На шутника посмотрели с укором...

Инициативная группа соседей в подвал спуститься не решилась. Вызвали сотрудников коммунальной службы. Коммунальщиков, спустившихся в подвал, вырвало. Люди не смогли справиться с приступом дурноты. Находка, ждавшая их на трубах, оказалась ужасной. Разложившийся труп человека, обезображенный жестокими побоями настолько, что его было практически не узнать.

Помогла специфическая татуировка. Лет 30 назад Сергей Петрович вышел из мест лишения свободы. Знакомым нехотя рассказывал: «Сидел за кражу. Дело былое, что прошлое ворошить?»

Врагов у Смирнитского не было. Жена давно умерла, дети разлетелись по городам и весям, папку навещали редко, с оказией.

Знали, что Сергей Петрович - бывший водитель, хоть и «безлошадный». Продал свою «копейку» за ненадобностью. Хоть и горевал по ней, как по живому существу. Знал: машину покупают для «битья» - выучиться вождению на старом железе, приобрести необходимые навыки, чтобы не угробить новенький «мерс».

Опрос свидетелей показал: жильцы дома к убийству одинокого старика непричастны.
А старенькая, безуспешно молодящаяся Эльвира Сигизмундовна тихонько проскрежетала сморщенным морковным ртом: «Бомжи это сделали. Попомните мое слово...»


Выдержка из материалов судмедэкспертизы:

«При исследовании трупа обнаружены: кровоподтеки в области грудной клетки, переломы 2, 5, 6 ребер слева и 5, 6, 8 ребер справа, кровоподтеки головы в области лба, а также ушибленные раны в области правой ушной раковины, слизистой верхней губы, обширные ссадины лица. Итого девять повреждений.
В результате полученной сочетанной травмы головы и грудной клетки с кровоизлиянием под оболочки в вещество мозга, множественных переломов ребер с развитием отека мозга и острой дыхательной недостаточности потерпевший скончался через непродолжительное время после получения ударов».


«А на плече горит клеймо…»
Бойня в подвале

Бездомных пришлось караулить. Они явно не спешили в подвал, где, по мнению следователей и обитателей высотки, сделали подлое и грязное дело. Каморка «Папы Карло» пустовала пару недель, пока туда не наведалась намозолившая глаз жильцам троица - Иван Серый, Тихон Жгутов и Тата Кнурова.

Тихон и 40-летняя шляндра белоруска Тата были парой. 39-летний бывший сиделец с большим багажом судимостей (кража, тяжкие телесные) и бродяга с 10-летним стажем с первого взгляда втюрился в разбитную деваху не первой свежести.

Иван Серый (31 год) был, пожалуй, самым «благополучным» из этой компании оказавшихся на обочине жизни людей. Зарегистрирован в одной из деревень Смоленского района. Холост, однако имеет на иждивении малолетнего ребенка. Бросил угасающую деревню на произвол судьбы и уехал в большой и, как ему казалось, полный возможностей город. Да вот беда - спился.

Алкоголизм мешал ему найти постоянную работу, и Иван быстро опустился. Пополнил ряды бомжей. Два года ютился по чердакам, «заброшкам» и подвалам, иногда подрабатывая на рынке грузчиком, пока не примкнул к бывалому Тихону с Татой.

Бомжей допросили. Судя по тому, что троица за эти дни не просыхала ни разу, им было очень сложно вспомнить, что произошло в ночь на 18 января. «Дети подземелья» никак не могли определиться, кто из них причинил несчастному старику смертельные увечья.
Следствию помогла Тата.

«18 января мы пришли на «наше место», так мы его называем, - рассказала следственным органам сожительница Тихона. - Там уже было, кроме нас, четыре человека, включая этого старикана. Мне сказали, что он живет в этом доме, в квартире на первом этаже.
Я вообще не понимаю, зачем он пришел. Спросила у Ваньки Серого, тот прояснил ситуацию: «Да дедок дома выпил, скучно стало. Услышал, что у нас в «подземелье» гудят, ну и захотел повеселиться, спиртное с собой прихватил. Он никому не мешает, даже можно забыть, что старик из «приличных» и нам не ровня».

Ох, и азартен был несчастный Сергей Петрович! Прислушиваясь к бомжацкой многоголосице, подвыпивший мужчина уловил знакомую тему: говорили о зоне. Былое, больное и кровоточащее, всколыхнулось в душе. Вылезло из неглубокой могилы 30-летней давности.

Смирнитский включился в горячечную беседу.

«Да, и я тоже сидел. А что? Кто у нас в стране от тюрьмы увильнул, тот не мужик. Всех достойных настигла», - заливался он соловьем.

Бомжи затихли, прислушались.

Смирнитский понял - его звездный час настал: «Я эту «кухню» знаю назубок, прошел зону «от» и «до».

«Вишенкой» на кровавом «торте» стал жест, за который бедный хвастливый старик и поплатился жизнью. Сергей Петрович спустил с плеча джемпер и показал татуировку.

«Стопэ! - взревел Тихон. - Ты, дед, попутал, что ли?! Клеймом «петушиным» похвастаться захотел? А знаешь, как сладко бывает таким хвастунам? Батя, нарываешься...»

Агрессор просто искал повод для нападения. Компания уже была изрядно навеселе, никто подробно рассматривать «татухи» Петровича желания не имел.

Смирнитский побагровел, схватил молодого мужика за грудки...

Но тот отбросил пенсионера, как пыльный мешок, в сторону.


Из материалов уголовного дела:

«Жгутов ударил Смирнитского два или три раза (точно не помнит) ладонью в челюсть. Взял стул и наотмашь ударил им потерпевшего четыре раза в район грудной клетки и плеч, отчего стул разлетелся, а Сергей Петрович прилег на бок, застонав. У него из носа пошла кровь».


Сергей Петрович, не в силах подняться с пола, слушал, как его продолжают оскорблять. Дескать, допрыгался ворчливый старик, которого бесит шум в подвале и грязь в подъезде.
Когда он все-таки встал и прилег без сил на теплую трубу, на него обратил внимание Иван. Серый к тому времени уже мало что соображал, но ему очень хотелось выслужиться перед старшим товарищем, бывалым сидельцем Тихоном.

Иван схватил табуретку и начал бить старика по телу. Большинство ударов пришлось по голове.

Вскоре жертва обмякла и повисла на трубе... А пьяная троица, решив, что хрипящий Смирнитский портит им всё веселье, покинула «каморку Папы Карло».

Никому из них и в голову не пришло помочь человеку, который умирал. Смолянин принял мученическую смерть в полном одиночестве.

Судебная психолого-психиатрическая экспертиза установила у Ивана Серого и Тихона Жгутова синдром зависимости от алкоголя средней стадии. Оба - вменяемы, психических расстройств или иных болезненных состояний психики у подэкспертных выявлено не было.

Алкогольное опьянение Жгутова суд счел отягчающим обстоятельством: «Возможен рецидив». Наказание смягчили наличие хронических заболеваний и чистосердечное раскаяние.

Иван Серый, забивший человека до смерти, будучи пьяным, также отпираться не стал и признался в содеянном. На чаше весов «лежал» малолетний ребенок Серого, что позволило убийце пенсионера снизить тюремный срок.

- Промышленный районный суд признал Ивана Серого и Тихона Жгутова виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего), и назначил им наказание: Серому - лишение свободы сроком на 8 лет, Жгутову - 10 лет, - комментирует ситуацию старший прокурор отдела прокуратуры Смоленской области Владислав Шермаков. - Апелляционные жалобы осужденных были рассмотрены Смоленским областным судом. Приговор остался без изменений.

Имена и фамилии фигурантов уголовного дела по этическим соображениям изменены.



Автор: Анастасия Петракова







Загрузка комментариев...
Читайте также
вчера, 22:51
вчера, 22:19
29-летний уроженец Красного пытался защитить титул победителя...
вчера, 21:59
В областном центре проводят конкурс на создание цветографиче...