Суббота, 15 декабря 2018 года

Погода -3..-5 С о

Три креста фермера Озолина

Сельское хозяйство 16:03, 05 августа 2016
Три креста фермера Озолина

Знакомство с Николаем Ивановичем Озолиным состоялось у поворота на деревню Плоское, отмеченного, кроме стандартной вывески, хорошо видными с автотрассы добротным охранным крестом и святым колодцем.


Здесь на чисто выкошенной поляне в первых числах августа разобьют походный лагерь участники традиционного крестного хода из Витебска в Смоленск. Руднянский фермер уже более 10 лет привечает на своих землях православных земляков. А нынче даже высоченный «журавль» у освященного источника поставил, чтобы подземная живительная влага стала доступнее.
Слава богу, есть среди нас люди, совершающие такие поступки не задумываясь. Ни богатства, ни славы им это не приносит. Просто не могут они по-другому. Для них угасающая деревня все равно что умирающий на их глазах человек, а заброшенное поле - заноза в душе. И избавиться от этой боли можно только одним способом - не пройти мимо, не остаться равнодушным и попытаться сделать хоть что-нибудь.
Красивое начало
По краю поляны наливаются августовской спелостью пшеничные колосья, среди которых хорошо видны желтые столбики, отмечающие трассу межпоселкового газопровода д. Плоское - д. Лешно. Его построили в 2015 году по программе «Газификация Смоленской области на 2014 - 2016 годы». Задача этой магистрали - обеспечить газом 115 частных домов и порядка 250 человек, которые в них проживают. Дело благородное, и фермер Озолин, как патриот своего района, не остался в стороне. Вложил часть своих денег в разработку проектно-сметной документации. Отчасти благодаря ему жители Плоского получили газовые разводки прямо под цоколи своих домов. В других деревнях, где не нашлось такого Николая, все ограничилось прокладкой труб высокого давления по улицам. Тогда казалось - вот оно, светлое будущее! Вслед за газом в деревню вернутся земляки, подавшиеся в бега за пусть и не длинным, но более-менее стабильным рублем. Однако чуда не произошло. «Беглые» крестьяне обратно под родительский кров не ломанулись, да и с дачниками, стремящимися вырваться из липких пут мегаполисов, здесь напряженно. Получается, что никого теперь в деревню и газом не заманишь?
Правда от лукавого
Хозяйство Озолина давно перешагнуло двадцатилетний рубеж. Начиналось оно, как и большинство других, почти с нуля. Вернее, с 90 га сельхозугодий, бесплатно выделенных государством Николаю Ивановичу как начинающему фермеру. В сумятице 90-х годов прошлого века назвать фермерство бизнесом ни у кого бы язык не повернулся. Для одних это была отчаянная попытка выжить, для других - аферы с банковскими кредитами, а третьи и вообще взяли землю на всякий случай, не собираясь на ней работать. Николай Озолин оказался из тех, для кого пашня стала единственной кормилицей. Сегодня у него в собственности уже 1000 га, 70 коров, неплохой набор техники. А еще были годы, когда построенная им самим, без каких-либо грантов животноводческая ферма признавалась лучшей в Руднянском районе. Да она и сейчас на хорошем счету, дает прибыль хозяину и рабочие места нескольким дояркам и скотнику.
Задвинув машины в тень, мы разговорились. На капоте озолинского «Патриота» появилась потрепанная в бюрократических боях папка с документами.
- Да не возражаю я, чтобы газопровод по моей земле проходил, -говорит Николай Иванович, - только как-то по-человечески это надо было делать. А то о его прокладке заговорили еще в 2013-м, потом все затихло, а почти через два года я увидел на своем поле колышки и ленту. Позвонил в Чистяковскую сельскую администрацию, поинтересовался, что это такое? Сказали, что начинаются работы по прокладке газопровода по моей земле, на которую у меня оформлено право собственности. Теперь с меня требуют подписать договор безвозмездного срочного пользования земельным участком и акт его приемки-передачи… Но если я поставлю свой автограф, то останусь ни с чем, - горячится фермер.
Оказывается, весь сыр-бор разгорелся из-за того, что проложенная по землям фермера газовая труба не принесла его хозяйству ровно никакой пользы. Для животноводчес­кой фермы и деревеньки из нескольких дворов «голубое топливо» осталось такой же мечтой, как для всего российского народа его достояние - «Газпром». Боевой «УАЗ» быстро доставил нас в самое сердце крестьянско-фермерского хозяйства, к животноводческой ферме. По пути пару раз останавливались, оставив машину на обочине, спускались с дорожной насыпи в поле. Трассу проходившего здесь газопровода можно было определить даже без вешек - по провалившейся канаве, которую и на тракторе надо переезжать осторожно. - Р аботы по прокладке трубы в прошлом году закончились к майским праздникам, - рассказывает Николай Иванович. - Траншею вырыли, трубу положили… Я подошел к рабочим и попросил ее закопать. Слава богу, послушали меня, кое-как все зарыли. Но и после этого поле пришлось дважды перепахать, чтобы его более-менее выровнять и привести в порядок.
Снова садимся в машину и через пару минут въезжаем в деревню Рассвет. Сейчас от бывшего села остались только разбросанные по обе стороны дороги островки домов да обмелевшее чуть ли не до дна озерцо, любимое место местных рыбаков-карасятников.
- Видишь, как озеро пересохло. А ведь и снега, и дождей нынче достаточно. Причина проста - газовики под ним прокол сделали, чтобы трубу проложить. Вот вся вода туда и уходит, как в дренажный канал, - уверенно говорит мой спутник, выбираясь на дорогу, к машине.
На другой стороне в нескольких метрах от обочины темнеет еще один охранный крест. Все правильно, въезд в деревню должен быть защищен.
- Это самый первый мой крест,- говорит Озолин. - Второй я поставил в деревне Кашкурино, в память о 115 земляках и моих родных, расстрелянных во времена сталинских репрессий. Третий - там, у святого колодца. Но ты об этом не пиши. Зачем? Видишь, дома стоят? Это я скупаю крепкие избы в заброшенных деревнях, перевожу их сюда и даю жилье людям, которые у меня работают. Бесплатно, только живи и трудись. Восьмерых своих работников за свой счет закодировал от алкоголя. Сейчас семеро вообще не пьют. А первым моим успехом в этой деревне стал прилет аистов. Это был символ возрождающейся жизни. Теперь они обжились, прилетают сюда каждый год. А тогда мы расстарались - специально для них колесо от телеги на столб затащили… В тот год в школу в Лешно пошли трое наших первоклашек и один ребенок здесь родился. Школа, благодаря этому, проработала еще год.
Я ведь ничего особенного не прошу. Если идет труба по моей земле, проложите мне отвод до фермы, без которой здесь давно бы никого не осталось. А так - деревня жива, производство работает, молоко сдаем, на мясо скот откармливаем, люди рабочими местами обеспечены. Не понимаю, почему нельзя дать нам газ хотя бы в счет понесенных хозяйством убытков от прокладки газопровода? Ведь для газоснабжающей организации эти 200 метров трубы и оборудование, от которого можно подключить ферму и дома в деревне, даже затратами не назовешь.
Глава администрации Руднянского района Юрий Ивашкин поддерживает фермера и пытается со своей стороны решить вопрос в его пользу. Пока не получается, но все еще впереди.
Зато в областном департаменте по строительству и ЖКХ с проблемой знакомы не понаслышке. Как нам пояснили, Николай Иванович сам разрешил проложить газопровод по своей территории, а теперь вот не хочет подписывать ни договор на передачу земли под этим линейным сооружением в безвозмездное пользование, ни акт приемки-передачи участка, требуя взамен газификации своего производственного объекта. А для того чтобы удовлетворить эти требования, надо изменить цели и задачи программы (утверждается областной Думой), сделать корректировку проекта, провести экспертизу… В общем, хлопот насчитали почти на 2 млн. рублей. Где взять эти деньги в дотационном регионе?
Вот и просчитываются теперь варианты: то ли фермеру газ дать, то ли весь газопровод с его земель убрать и перенести на другую сторону дороги.
«Назад в Белоруссию не хочу»
На ферму мы попали в самый разгар обеденного зноя. Даже коровы, столпившиеся у небольшой заполненной водой копанки, застыли под палящим солнцем и лишь изредка отмахивались хвостами от надоедливых слепней.
Местная доярка Алена пригласила нас с Николаем Ивановичем в свой дом на чашку кофе. Она в прошлом частный предприниматель, работала в Витебске.
- Вот переехала сюда, Николай Иванович дом мне дал, работаю дояркой. Нравится, если бы начать жизнь сначала, то жила бы только в деревне и какое-нибудь сельскохозяйственное образование постаралась бы получить. Ни назад в Беларусь, ни в город не собираюсь. Нравится мне здесь.
Небольшую деревенскую улицу из построенных рядышком домов прикрыла от палящего солнца аллея молодых берез. Деревня Рассвет потихоньку возвращается к жизни. К современной, в которой развалюха печка останется только для интерьера, а ее функции начнет выполнять современный газовый котел. Но это если удастся сесть за стол переговоров и по-человечески договориться. А если нет? Тогда не исключено, что одной добротной фермой на Смоленщине может стать меньше…


Добавьте «Рабочий путь» в ваши источники в Яндекс.Новостях




Загрузка комментариев...
Читайте также
«На полном ходу – в грузовик». В Смоленской области произошло жесткое ДТП
вчера, 19:46
В социальных сетях жители Смоленского региона обсуждают жест...
ХI научная конференция «1812 год: война и мир» прошла в Смоленске
вчера, 20:28
12 декабря 2018 года в Смоленске состоялась ХI научная конференция...
«Скотина бегает по квартире и визжит диким криком». Смолянин получил от тещи свинью
вчера, 18:00
В социальных сетях житель Десногорска рассказал, что с недав...
Егерь помог задержать браконьера, застрелившего лося в Смоленской области
вчера, 18:18
В полицию Сафоновского района поступило сообщение о незаконн...

Опрос

С чем у вас ассоциируется Новый год?


   Ответили: 1724