Наш Шеф. Смоленский писатель Олег Ермаков – об ушедшем Владимире Грушенко

Общество
Наш Шеф. Смоленский писатель Олег Ермаков – об ушедшем Владимире Грушенко

«Весть о смерти Шефа застала врасплох. Шеф казался вечным. В шестьдесят, семьдесят и восемьдесят лет он был неизменно бодр, творчески обеспокоен, и его можно было увидеть на фотографиях с рюкзаком за спиной, на лыжах, у костра среди подростков. А что уж говорить о годах более ранних. Шеф просто кипел идеями и умел их претворять в жизнь».

Шеф – это его уважительное имя-пароль. Услышь случайно на улице Смоленска фразу: «Ну, как там Шеф?» или: «Вчера видел Шефа», - и сразу можно протянуть говорившему руку: свой, гамаюновец. А гамаюновцев у Шефа много. Большое племя девчонок и ребят, ну, многие из которых уже бабушки и дедушки. Все они однажды переступали порог краснокирпичного особняка, бывшего Дома купца Будникова, а потом Дворца пионеров и спускались в потаенные нижние этажи. Так уж вышло, что организованному Шефом, а тогда просто Владимиром Грушенко, турклубу «Гамаюн», достались подвальные помещения этого дворца. Хотя одно время и на третьем этаже клуб занимал комнату, но было там тесно. Впрочем, и внизу вскоре стало тесно от экспедиционного имущества и этнографических, геологических экспонатов. Установка Шефа была предельно проста: поход – это пребывание на природе, но – умное. Что это означало? То и означало: умное странствие. Вот, как вечно ходили по Руси странники, добывали знания и доносили их до глухих уголков, искали встреч с мудрецами, поклонялись святыням, - так и пионеры под руководством крепкого, зарастающего иногда бородой по самые стекла очков руководителя, очень похожего тогда внешне, да и по сути, на еще одного искателя древностей и мудрости – на румынского философа Мирчу Элиаде, - так и пионеры шли с брезентовыми рюкзачками, в кедах, с болтающимися закопченными чайниками по бесконечным проселкам, шли лесными и таежными тропами, сплавлялись по тихим и быстрым речкам, переваливали и горы, уже познавая мир, в простом этом движении, но еще и действуя целенаправленно по добыче знаний. В походах велся экспедиционный дневник. Зайдя в деревню, ребята и девчонки разбредались по избам и толковали с хозяевами. А хозяева лесных деревень Смоленщины, Псковщины, Белоруссии многое могли рассказать о минувшей войне, о боях с немцами, о партизанах. И рассказывали, и показывали всякие вещи того времени, но и вещи вообще отдаленных лет, прялки, глиняные корчаги, сиречь крынки, кувшины, горшки. Иные призадумывались, да и вообще дарили эти раритеты, понимая, что для дела, не для баловства или обогащения. Ну, то есть и для обогащения, конечно, но сердечного, духовного.

И караван байдарок отчаливал и двигался дальше. Или отряд споро шел на лыжах, если зимой поход проводился. А то и так, пешком топали, осенью или летом. И в рюкзаках ребята несли эти бесценные вещи минувших эпох, а в памяти – голоса и лица деревенских старожилов и тихие пейзажи родины.

Славянофил Алексей Хомяков вынашивал идею живознания, то есть соединения теоретических познаний с верой и жизнью. Так вот его последователем и можно назвать Владимира Ивановича Грушенко. Клуб «Гамаюн» был школой живознания. Дети в похода, временами в непростых ситуациях, познавали не только мир, страну, но и самих себя.

Разве позабудешь эти долгие вечерние сидения у костра. Песни, разговоры. Как правило, вечером происходило какое-либо действо, конкурс сказок, стихов, песен. Наградой были аплодисменты, банка сгущенки, а главное - одобрительная улыбка Шефа. Шеф держал под контролем все и всех в походе. Точнее, умел так наладить дело, что у ребят и девчонок включался самоконтроль. В походе всегда царил особый дух товарищества. Случались, конечно, и сбои, как говорится. Кто-нибудь давал слабину, душевную. Отряд готов был на него или нее ополчиться, да не тут-то было. Шеф не давал оступившегося в «полон» остальным. Совестливое признание было полным искуплением вины, так учил всех Шеф.

Дух товарищества и совестливости, - это основы клуба «Гамаюн». Эти уроки все мы запомнили крепко.

Походы открывали нам мир Руси минувшей, затаившейся по окраинам, как знаменитый родник стихотворения упоминавшегося философа Хомякова:

В твоей груди, моя Россия,

Есть также тихий светлый ключ;

Он также воды льет живые,

Сокрыт, безвестен, но могуч.

Мы и отыскивали этот ключ в походах под неусыпным вниманием Шефа.

Главное его детище – клуб «Гамаюн», отметивший полвека со дня рождения. Но Шефу было мало одного клуба. Он вынашивал идею создания детской республики Гамаюния. Хотел он, чтобы столица этой республики была в самом загадочном месте нашей Смоленщины, на ледниковой гряде меж двух озер среди демидовских и пржевальских заповедных лесов, - там, где когда-то стоял древний град Вержавск. В это место клуб не раз совершал экспедиции. Были там найдены древние камни, один – с солнечными знаками. Но до времени их решено было сохранять под землей. От всяких копателей подальше и поглубже. Каменное солнце Вержавска там таилось, ждало.

Но не удалось убедить чиновников и перебороть обстоятельства. И столицей Гамаюнии стало Рибшево, деревня посреди тех же лесов, но в стороне от Вержавска, на дороге. Рибшево знаменито тем, что там действовали юные партизаны, многие из них отдали свою жизнь за победу. А раньше там любил бывать великий поэт Твардовский, гостил у председателя, наблюдал, писал.

Гамаюния развернулась, окрепла. Гамаюновцы под руководством Грушенко, а также его верных помощников Светланы Сиваковой и Дмитрия Никитина, исследовали лесные урочища, озера, болота, родники окружающей территории. Открыли памятники археологии, отыскали безымянные захоронения солдат и партизан. Помощь оказывал ученый секретарь Института археологии РАН С. С. Ширинский. Гамаюновцами были открыты 53 археологических памятника. Это курганы, городища, древние святилища, валы.

Лесной край освоен, там есть оборудованные стоянки, сказочные тропы. Гамаюния живет, зажигает костры, празднует Масленицу, мыслит, как некая умная сфера, а Шеф был не чужд ноосферных воззрений Вернадского. Написал «был» и споткнулся. Как же «был»? Шеф есть. Он был, есть и будет в наших сердцах. Птица Гамаюн многотысячна, как и ее предтеча птица Семург из поэмы персидского поэта Аттара. В поэме множество птиц отправились на поиски короля птичьего, а нашли себя, оказалось, что Семург это они и есть.

Так что «Гамаюн» - это многотысячный персонаж, многоликий странник-птица. И выпустил эту птицу в мир краевед и геолог, путешественник и учитель Владимир Иванович Грушенко.

Наш Семург-Гамаюн прошагал по земле 40 000 километров. То есть обогнул землю по экватору! Это были походы по Смоленщине, соседней Псковщине, по Уралу и Кавказу. Из походов ребята приносили множество вещей. Стенды музея «Гамаюна» и башни Моховой, в которой размещен музей «Украсы» наполнены удивительными этнографическими, геологическими и археологическими экспонатами: это и прялки, корчаги, самовары, чугунные печные дверцы с различными изображениями, древние камни, испещренные знаками, кости доисторических животных, рушники, крестьянские наряды. Глядя на все это богатство и поверишь, что за нашими плечами 40 000 километров.

А в наших сердцах – образ Учителя, шефствующего над нами навсегда.

Низкий поклон вам, Владимир Иванович.

Спасибо за все, Шеф.

____________

О. Ермаков

Фото: moloko.ruspole.info



Добавьте «Рабочий путь» в ваши источники в Яндекс.Новостях




Загрузка комментариев...
Читайте также
вчера, 22:10
Женщины повесили на себя  огромные кредиты.
вчера, 21:29
С пациентами и медиками пообщались корреспонденты ГТРК-Смоле...
вчера, 20:45
Об этом сообщалось в ходе заседания в администрации области ...
вчера, 20:27
Футболисты СГУС продолжают играть серию из трех заключительн...

Опрос

Как работает общественный транспорт в вашем городе?


   Ответили: 405