Эмоциональный медиатор Агинской

Культура
Эмоциональный медиатор Агинской

Голос, поющий в стихах Елены Агинской, несмотря на античную скупость (отсутствие вычурности) образов, едкую самоиронию и страсть к философии, - все равно выдает нежную женскую душу. Агинская наблюдательна, трагична, утонченна и слегка…  манерна.  Надменность и манерность – всего лишь медицинский бинт, защищающий открытую рану сердца от чрезмерного любопытства окружающих в окружающем нас мире.

Ее поэзия – хрустальный отголосок Серебряного века в Post-атомном, XXI-м… Феномен Елены Агинской проявился на негативе смоленской современной поэзии четверть века назад, когда в СмолГУ родилась литературная студия «Персона». Елена – «первая ласточка» «Персоны», сборник стихов которой откроет серию книг авторов нашумевшего поэтического объединения.

             Я перекатывала финские слова, как леденцы во рту…

- Давно хотелось поговорить, вот и повод хороший нашелся. Литобъединению «Персона» исполняется 25 лет, к тому же ты в прошлом году стала лауреатом финского конкурса переводчиков. Неужели ты знаешь финский язык, или есть какие-то особые, хитрые техники в области перевода? Расскажи, как это было…

- Участвовать в международном конкурсе перевода финской поэзии «С Севера на Восток» решила совершенно спонтанно, еще в 2014. Увидела ссылку на конкурс в группе «Персона» («ВКонтакте») и сходу «перевела» триптих Пяйви Ненонен по предложенному подстрочнику. Удивительно, но этот экспромт вошел в лонг - лист конкурса, что меня подзадорило продолжать. В следующем году мой вариант перевода триптиха «Петебург» этого же автора добрался до шорт - листа. А в 2016-м я поднялась на первую ступень с переводом баллады Пяйви Ненонен «Башня» – не зная ни слова по-фински, исключительно благодаря кропотливой работе над текстом! Тем не менее, я читала оригинал, втискиваясь в нужный стихотворный размер, проникалась звукописью, перекатывала незнакомые финские слова во рту как леденцы, записывала по два-три варианта рифмованных строк и выбирала лучший – в этом и хитрость.

- Кстати, как ты относишься к наградам, званиям и призам?

- В начале пути (на любом поприще) они, наверное, необходимы – в качестве моральной поддержки, как подтверждение правильного выбора, для стимула стремиться к новым высотам. И все-таки сам процесс, по-моему, гораздо важнее наград, которые условны: миллионы талантливейших людей их не получают, потому что попросту не участвуют в соревнованиях, или в этот раз им не повезло, или симпатии жюри не на их стороне.

Сарказм – как защитный механизм для тонкой кожи души

- Мне почему-то кажется, что ты очень ранимый человек, несмотря на ершистую ироничность и сарказм. Как тебе живется с такой тонкой кожей?

- Ну, ты же сама ответила на вопрос: ироничность и сарказм – это защитный механизм. В конце концов, иммунитет вырабатывается. У меня и в прямом смысле тонкая кожа: синяки и царапины неделями затягиваются! Но ведь все проходит. И это - пройдет.

Буквы, рифмы и… снежинки

- Помнишь свое первое стихотворение?

- Первое стихотворение (помню только, что это было четверостишие про снежинки) я записала в шесть лет, именно записала, потому что научилась наконец-то выводить буквы. Читала я бегло в четыре (вертелась рядом со старшим братом-первоклассником, вместе и начали читать), тогда же, по-видимому, и начала рифмовать. Однако «всерьез» подключилась к поэзии лет в десять: выдавала на - гора сочинения в стихах по русскому и литературе.

«Не без Гоголя», но с Ахматовой в голове

- Нередко о женской поэзии отзываются пренебрежительно. Да, были Ахматова-Цветаева-Гиппиус – как исключение из правил. На то и правила, чтобы их нарушать! Способна ли женщина не уступать мужчине на поприще лирики?

- Я бы не стала разделять поэзию по гендерному признаку: есть хорошие стихи и плохие, гениальные и вообще не пойми что (хотя, пусть лучше человек пишет, нежели кулаками машет). В конце концов, вдруг количество перейдет в качество, и вчерашний рифмоплет вырастет в добротного автора, «не без Гоголя»?

- Практически в 99 случаях путь в поэзию начинается с подражания великим авторам. Скверно ли подражать и как преодолеть этот момент и выработать собственный стиль?

- Я, наверное, сотый случай, хорошо описанный Лермонтовым: «Стихов я не читаю – но люблю марать шутя бумаги лист летучий…». С этого все и начиналось. Однако до собственного стиля в вакууме не дорастешь: поэзия – это как минимум диалог. В подражании не вижу ничего плохого, а собственный поэтический голос как раз и проклевывается в «беседе» с великими.

«Детские косточки гибкие – словно лоза…»

- Редьярд Киплинг просил: «Расспрашивайте про меня лишь у моих же книг». Какое из твоих стихотворений наиболее точно отражает твой внутренний мир?

Е. А. ***

Это не кризис жанра, это его предел.

Ты словно мудрый акын, который нашёл,

старая райская птица, брюзжащий дед,

Ахиллес по сути своей, невесть кто ещё.

Молодой да ранний резво сгибает лук,

следует по пятам и стреляет без промаха, но:

разрушитель и хам твой грядущий внук –

это значит, что я с тобой заодно.

Мне не веришь – военный представь поход,

сломанных копий лес, полуживую плоть…

А вдали, у моря, – старик. Он спокойно ждёт,

когда его заберёт Господь.

***

Я не думала, что приключится такая напасть,

Что сломаю ключицу, когда мне помогут упасть.

Перевязки, рентген и неделями полный покой;

Шевелить, как назло, не положено правой рукой.

Обнадёживал врач, осторожно её подвязав:

«Детские косточки – гибкие, словно лоза.

В лучшем виде срастётся, не вспомнишь потом».

Про закрытый ещё говорил перелом.

И недолго, действительно, жалила боли пчела.

За обедом хитрила, и в правую ложку брала –

Не боялась последствий, надеясь всегда на авось.

Врач не врал: в лучшем виде срослось.

Из «Персоны» - в детские писатели

- Что тебе дала «Персона»? Смогла бы ты реализоваться вне ее творческого пространства?

- Покидать рамки «Персоны» я никогда не стремилась: «от добра добра не ищут». Возможно, присутствует страх личной ответственности за «выход на большую дорогу»… Наша литературная студия – удивительное содружество интересных людей. Мы не читаем стихи под чаек или при свечах, собрания «Персоны» – это рабочие заседания. И здесь, конечно, основной удар берут на себя руководители студии Лариса Павлова и Ирина Романова. Мы-то можем отмолчаться, а руководители – нет: автор ждет обсуждения и разбора своего текста. Плодотворная совместная работа, на мой взгляд, нивелирует конкуренцию: мы все делаем одно большое дело. И дружим, конечно, и в неформальной обстановке прекрасно общаемся.

Что касается реализации, так она сама меня нашла: получилось, что я работаю детским писателем. В моем «послужном списке» азбуки в стихах, загадки, рассказы, сказки. Некоторые мне самой очень нравятся, а я к себе отношусь критично и придирчиво. В любом случае, эту работу я выполняю добросовестно (так же, как переводы с финского).

- Кто тебе был в «Персоне» близок по духу и стилю, а кто – антагонист?

- Есть близкие по стилю, по выражению, например, Валерия Кирсанова, Дмитрий Смагин, Денис Шполянский, Ольга Смагина, а есть – другие (не антагонисты!), которые пишут так, как я не умею, – Александр Асадчий, Анастасия Трифонова, Алексей Костылёв, Антон Азаренков, и я их за это еще больше люблю!

Держать в руках – себя, любимого…

- У тебя наконец-то, за долгие годы появилась возможность прорваться к читателю с персональным сборником стихов. Как быть, когда нет денег на издание своей книги? Поддерживать сетевую контркультуру «виртуальных» поэтов? А ведь хочется иногда подержать в руках себя, любимого, напечатанного на бумаге!

- Да, книгу приятно держать в руках, и на «бумажном носителе» я все-таки прозвучала: помимо семи выпусков альманаха «Персона» у меня были публикации в журнале «Край Смоленский» (с предисловием В. С. Баевского!), газетах «Смена», «Смоленские новости», других периодических изданиях, а еще несколько десятков книг для детей. Но, повторюсь, процесс важнее – КПД жизни, так сказать.

- Говорят, что поэзия в XXI веке потеряла свое значение. Поэт уже не соберет стадион, как в 60-х, книги покупают неохотно. Что ты думаешь об этом? Есть еще у поэтов порох в пороховницах?

- Поэзия – и эмоциональный медиатор, и способность говорить красиво, и средство познания языка, и много чего еще, она не может потерять значение. Сейчас не 1960-е, нет нужды собирать стадионы, но можно привлечь огромнейшую интернет-аудиторию, а можно и трех человек в скверике собрать – количество не важно, важно, как поэт применит свой дар.

P.S. Когда верстался номер, Общество русскоязычных литераторов Финляндии (ОРЛФ) поздравило Елену Агинскую с публикацией перевода в журнале «Иные берега».


Автор: Анастасия Петракова


Добавьте «Рабочий путь» в ваши источники в Яндекс.Новостях




Загрузка комментариев...
Читайте также
31 минуту назад
Автолюбители рискуют серьезно опоздать на работу.
сегодня, 07:40
ПСО «Сальвар» объявил о поисках Владимира Владимировича Петр...
вчера, 23:00
Останки пропавшего без вести генерала Красной Армии нашли нижегородские...
вчера, 21:55

Опрос

Как часто вы употребляете алкоголь?


   Ответили: 1180