«Ноев ковчег» Бориса Васильева

Культура
«Ноев ковчег» Бориса Васильева

В СмолГУ прошла премьера документального фильма «Смоленск Бориса Васильева». Пронзительная полуторачасовая картина рассказывает не только о связях писателя со смоленской землей, но и о людях, которых принято называть «солью земли Русской», - хранителях духовных ценностей - дворянах, офицерах, врачах...

- Для нас очень важно, что фильм магистрантки кафедры литературы и журналистики СмолГУ Кристины Давыдовой создан в рамках проекта «Смоленская земля в памятниках литературы», поддержанного Фондом Президентских грантов, - утверждает доктор филологических наук, профессор Ирина Романова. – Работа была проведена колоссальная! В соавторстве с Кристиной (сценарий, съемки, монтаж) над документальной лентой трудился большой творческий коллектив - корреспондент Андрей Привалов, художник Любовь Белкина, исследователь наследия Бориса Васильева, кандидат филологических наук Владимир Карнюшин. Я также помогала автору фильма, выступив в роли научного консультанта. Закадровый текст взял на себя корреспондент ВГТРК «Смоленск» Евгений Самоедов.

«Смоленск Бориса Васильева» - уже вторая по счету картина Кристины Давыдовой, в основу сценария которой легли произведения «Летят мои кони» и «Век необычайный».

Первый фильм из этой серии смоляне увидели в ноябре прошлого года. Он вышел под названием «B - La - f» и был посвящен смоленским годам фантаста Александра Беляева. К сожалению, мы очень мало знаем о писателе, особенно о том, как он пришел в литературу. Картина позволяет проследить тернистый творческий путь Беляева и заодно создает масштабную панорамную картину Смоленска начала XX века, дает представление о его культурной и духовной жизни.

В «Смоленске Бориса Васильева» применен другой прием - здесь акцент с истории города смещен на людей, благодаря которым нам удалось сохранить духовные ценности. В первую очередь речь идет о русском дворянстве и офицерстве. И в то же время я считаю, что Смоленск и Борис Васильев неразделимы. Писатель создал совершенно потрясающий, эпический, библейский образ пограничного, многонационального, многострадального Смоленска, умирающего и возрождающегося. Но он сопоставим не с птицей Феникс, что нам, смолянам, привычно, а фактически с Ноевым ковчегом! Это - плот, и Борис Львович плывет на нем через историю и свою жизнь…

…Документальный фильм «Смоленск Бориса Васильева» - трогательный и честный путеводитель по истории жизни писателя, неспешно, на протяжении полутора часа рассказывающий о его семье и творческих истоках. Картина мозаична, ее «фундамент» строится не только на отрывках произведений Васильева, но и, что особенно ценно, на архивной кинохронике и уникальных фотоматериалах, дающих представление о дореволюционном Смоленске и нравах его обитателей. Смоленске, сформировавшем мировоззрение классика XX века. Лента полна лирических отступлений - только так, но не иначе можно говорить о самом сентиментальном и романтичном прозаике современной русской литературы.

Фильм полифоничен - в многоголосие бесед, воспоминаний и интервью вплетается голос самого Бориса Львовича, комментирующего порывисто и страстно страницы своей биографии.

«Смоленск Бориса Васильева» смотрится на одном дыхании. Обилие интересных, поистине уникальных автобиографических фактов и свидетельств говорит само за себя - работа Кристины Давыдовой достойна внимания педагогов и, без преувеличения, представляет собой яркий демонстрационный учебный и методический материал, незаменимый на уроке о жизни и творчестве Бориса Васильева.

Неудивительно, если этот документальный проект найдет свое место в сетке программ центрального телевидения - в этом году Россия отмечает 95 лет со дня рождения писателя…

Приведем лишь несколько фактов, озвученных в фильме талантливой магистранткой СмолГУ.

САМО ПОЯВЛЕНИЕ НА СВЕТ БОРИСА ВАСИЛЬЕВА - ЧУДО!

В далеком 1918 году большевики не знали, что царский офицер Лев Александрович Васильев со своей ротой перешел на сторону красных. Дворян брали по спискам и вели на расстрел.

Взяли и мать Бориса Львовича, Елену Николаевну. И повели вместе с подругой, второй дочерью Вонлярлярского, на казнь куда-то за башню Веселуху. Дочь Вонлярляского расстреляли, а Елену Николаевну по какой-то причине отвели обратно в тюрьму. А наутро пришло известие о красном офицере Васильеве.

Мать будущего классика современной русской литературы отпустили, но еще в камере она заразилась бушевавшей в то время в Смоленске оспой. Молодая женщина не вынесла страданий и сломалась. Чахотка стала следствием душевных и физических мук. Болезни развивалась стремительно…

Елене Николаевне запретили рожать детей. Собрали консилиум, и только один врач дал «добро». Вот так, благодаря добру участливого медика, решившего, что худа не будет, и родился великий писатель.

КРАЕВЕДЫ НАПУТАЛИ…

Биографу писателя Владимиру Карнюшину удалось установить, что имение дворянской семьи Алексеевых (родовое гнездо Бориса Львовича) располагалось в селе Высокое Краснинского уезда, а не Ельнинского, как считалось долгие годы. Сейчас это село уже не существует: в годы войны там находился немецкий штаб, и после пожара весь семейный архив был уничтожен.

- Долгое время Борис Львович считал Высокое, что под Ельней, своим родовым имением, где жили его предки – знаменитые дворяне Алексеевы, - говорит Владимир Анатольевич. – Здесь и побывал писатель единственный раз в своей жизни…

Собственно говоря, это село соответствовало детским воспоминаниям писателя. В ельнинском Высоком сохранились фрагмент липовой аллеи и остатки фруктового сада, о котором Борис Львович вспоминает в книге «Век необычайный».

«На окраине села Высокое меня ожидала большая куча битого кирпича: все, что осталось от дома, где я когда-то учился ходить, - пишет Борис Васильев. - Но еще сохранились остатки двух аллей. Не помню, но говорили, что я, забыв о всех, начал вдруг метаться по снегу среди этих остатков... На обратном пути я молчал, и сопровождающие ко мне не обращались, понимая, что происходит в душе моей. А я переживал огромное потрясение: я нашел свой корень. Нашел не рассудочно, не умом, не в архивах - я ощутил его всем своим существом, чувствами, подкоркой. Генетическая нить вдруг обрела физическую реальность, которой я, офицерский сын, обитатель военных городков и гарнизонов, был лишен, казалось, навсегда…»

Увы! как оказалось, Высокое в Ельне и Высокое в Краснинском районе - это совершенно разные села. А значит, и «корень предков» Васильева произрастал в другом месте. Возникла путаница!

Потому-то и усомнился Владимир Анатольевич: а почему о дворянах Алексеевых в Ельнинском районе никто не слыхал?

- Меня такая злость взяла, - признается биограф Бориса Васильева. - Пойду в архив и докажу! Узнал все, что о смоленских дворянах можно было узнать. Так и протянулась ниточка к родным писателя…

Дед Бориса Львовича, дворянин и владелец поместий Высокое и Новоселки Иван Иванович Алексеев (1850 - 1930), жил в Букинской волости Краснинского уезда. Почитай, в семи верстах от Смоленска, о чем и упоминает Васильев в своих произведениях. Высокое в Ельнинском районе уж подальше будет!

КАРТЕЖНИКИ, ДУЭЛЯНТЫ И КРАМОЛЬНИКИ, ЧЕСТЬ ИМЕЮЩИЕ

Алексеевы принадлежали к старинному дворянскому роду, история которого рассказана Борисом Васильевым не единожды. В романах «Были и небыли» (1977 - 1980) и «Саге об Олексиных» (1998) писатель поведал о следе, оставленном его предками в «Золотом веке» русской литературы.

«Братья Алексеевы, отец и дядя моей матушки, были основателями кружка Чайковцев, ходили «в народ», арестовывались и ссылались под надзор, бежали в Америку, где в штате Канзас пытались построить коммуну на принципах Фурье, - пишет Борис Львович. – Затем Василий Иванович Алексеев стал учителем старшего сына Льва Толстого Сергея, подружился со Львом Николаевичем и спас его «Евангелие» для мировой культуры, за ночь переписав единственный экземпляр, который впоследствии переправил в Париж…»

- Василий Иванович Алексеев действительно учил старших детей Льва Николаевича – Сергея Львовича и Татьяну Львовну, - рассказывает Владимир Карнюшин. – Их воспоминания вышли отдельной книгой, в которой огромное количество страниц посвящено предку Бориса Васильева. Василий Иванович Алексеев – невероятно интересный человек! Он вошел в мировую литературу как фактический спаситель единственного экземпляра «Евангелия» от Толстого, который чудом удалось уберечь от Священного Синода.

Чудо произошло так. Однажды Василий Иванович поинтересовался у Льва Николаевича, «нет ли у него чего-нибудь новенького почитать?» Толстой ответил: «Да, есть. Только что закончил самостоятельную характеристику всех мировых религий…»

Нужно сказать, что у Василия Ивановича, как и у Льва Николаевича, были натянутые отношения с православной Церковью. Алексеев взахлеб прочитал труд Толстого, а затем спешно переписал его от руки. Я не знаю, как ему это удалось, неужели он интуитивно догадался о печальной судьбе рукописи классика?!..

История рода Олексиных - беллетризованная в четырех (!) произведениях история его, васильевских, дедов-прадедов от начала XIX столетия до середины ХХ, - хронологически начинается романом «Картежник и бретер, игрок и дуэлянт», повествующим о прапрадеде писателя, Александре Ильиче, сыне героя Отечественной войны 1812 года генерала-майора Ильи Ивановича Алексеева. Произведение стилизовано под мемуары главного героя, много испытавшего на своем веку.

- Александр Ильич, блестящий гвардейский поручик, многое пережил в своей жизни, - говорит Владимир Анатольевич. - В южной ссылке в Кишиневе судьба подарила ему близкое знакомство с Александром Сергеевичем Пушкиным, который, по прибытии в Петербург, посвятил ему свое знаменитое стихотворение «Андрей Шенье».

Александр Ильич в то время находился на излечении после дуэли со знаменитым Руфином Ивановичем Дороховым. Пушкин не только посвятил Алексееву стихотворные строки, но и подарил рукописную копию. Борис Васильев упоминает об этом эпизоде в романе «Картежник и бретер, игрок и дуэлянт» и пишет о других событиях из жизни славного предка: о переводе из гвардии в пехоту за дуэль с Дороховым; об аресте, последовавшем в начале 1826 года и пребывании в Петропавловском каземате за хранение крамольных пушкинских стихов; о разжаловании в солдаты и первой чеченской войне…

«Историческая память, - размышляет герой романа «Картежник и бретер, игрок и дуэлянт» (а значит, и сам Васильев), - основа доблести потомков. Родник чести их, достоинства, гордости и отваги. И если мужик в силу каторжного однообразия труда своего лишен возможности черпать из прошлого примеры особого служения Отечеству, то дворянин не только имеет такую возможность, но и обязан приумножать ее всю свою жизнь для передачи детям своим и внукам своим очищенного и углубленного им лично источника родовых традиций и примеров. А на это способна только личность. Так что же тогда такое - личность? Личность есть человек, внутренне, душою своею осознавший себя как звено истории рода своего, а следовательно, и Отечества в целом».

P.S. Проект «Смоленская земля в памятниках литературы» - дело рук большого научного и творческого коллектива сотрудников кафедры литературы и журналистики СмолГУ, а также студентов вуза и коллег-историков.

Проект включает в себя создание одноименного сайта, организацию литературных вечеров и публичных лекций, разработку экскурсионных маршрутов, привлечение внимания общественности к музейным экспозициям, проведение литературных вебквестов и съемку документальных фильмов. В ближайшем будущем смоляне познакомятся еще с двумя документальными лентами, посвященными Александру Трифоновичу Твардовскому.


Автор: Анастасия Петракова


Добавьте «Рабочий путь» в ваши источники в Яндекс.Новостях




Загрузка комментариев...
Читайте также
23 минуты назад
53 минуты назад
В Сафоново огонь мог перекинуться с сарая на жилой дом.
сегодня, 09:35
Вчера вечером в Сафоново столкнулись  две легковуш...
сегодня, 09:20
Авария случилась накануне вечером в Сафоново.

Опрос

Вы доверяете народной медицине?


   Ответили: 146