Суббота, 16 декабря 2017 года

Погода 0..2 С о

Ангел-хранитель старинного русского зодчества

Культура 14:29, 28 марта 2017
Ангел-хранитель старинного русского зодчества

По словам дочери реставратора Петра Барановского, ее отцу удалось спасти от разрушения около 90 храмов. Еще им было разработано более 70 проектов реставрации…

Исполнилось 125 лет со дня рождения одного из крупнейших реставраторов ХХ века – Петра Дмитриевича Барановского. Он родился в старинном селе Шуйское Вяземского района, а детские годы провел на мельничном хуторе Шагирка Дорогобужского района. Отец Петра Дмитриевича на рубеже ХIХ и ХХ веков был владельцем Шагирской мукомольной мельницы, он и послужил для сына образцом крепкого хозяйственника, представителем подлинной дореволюционной России. Известно, что в русской культуре мельники и кузнецы считались людьми особыми, селились в стороне от других, но от них зависели все жители округи.

ЛЕГЕНДЫ И РЕАЛЬНОСТЬ

В начале ХХ века Петр Дмитриевич получил образование в Московском строительно-техническом училище, а затем в Московском археологическом институте. С 1911 года он начинает научно-исследовательскую работу, составляет обмеры и проекты реставрации памятников архитектуры.

После революции, когда частью идеологии стало либо уничтожение старинных зданий, либо переведение их в светское пользование (в них устраивали клубы, школы, библиотеки, музеи, гаражи для колхозной техники, хранилища для зерна или сена, склады, магазины, кинотеатры и прочее), Петр Барановский, подобно Дон Кихоту, начал самоотверженную борьбу за сохранение архитектурного наследия страны.

О нем, как и о каждом крупном человеке, слагали легенды, например, как Лазарь Каганович, идейный вдохновитель генеральной реконструкции Москвы, убрал храм Василия Блаженного с макета Красной площади и храм уже собирались сносить. Но реставратор Барановский, который перед этим успел дать несколько телеграмм Сталину, залез в ковш экскаватора с просьбами не трогать ценнейший памятник архитектуры. По легенде, все это возымело действие на Сталина, и он приказал ретивому коллеге поставить собор «на мэсто».

Но уже совсем не легендарен его арест осенью 1933 года за противодействие властям. В ссылке, в Сибири, он смог переслать в Коломенское (арест прервал его работу над созданием там музея под открытым небом) небольшое письмо, написанное на узеньких листочках бумаги (18х11 см) мелким почерком, - рекомендации коллегам, что и как делать в ближайшее время.

Находясь в остроге, Барановский способствовал транспортировке в Коломенское Домика Петра Великого. В 1931 году, во время пребывания на Севере в составе Беломорско-Онежской экспедиции, он узнал, что власти Архангельска хотят разобрать Домик, а на его месте поставить площадку для танцев. Но за период между разборкой строения в 1933 году и его установкой в 1934 - 1935-х памятник утратил значительную часть материала, так как все это время он стоял во дворе Архангельского театра, где «подвергался расхищению».

Но все же музей принял решение о реставрации объекта, и теперь он является одним из самых посещаемых мест.

РЕСТАВРАЦИЯ В БОЛДИНЕ

В послевоенные годы Петр Барановский вел активную работу у себя на родине – в Смоленской области. Он восстанавливает разрушенный после войны Троицкий Болдин монастырь, один из первых храмов, который показал ему отец. «Помню, меня поразило, - рассказывал потом Барановский, - что купола выше сосновых куп... Как в этой крохотной деревеньке люди подняли такие громады камня под небеса и придали им красоту?..»

Но это было только первое впечатление, по-настоящему к изучению Болдинского монастыря Барановский приступил в 1910 - 1911 годах, во время учебы. Тогда он настолько изумил ученых Московского археологического общества своим докладом, что ему, восемнадцатилетнему студенту, было поручено произвести обмеры Болдинского монастыря. В советские годы тот был закрыт, там разместили зернохранилище, колхозный сырзавод и сепаратор для переработки молока.

В марте 1943-го при отступлении немцы заминировали и взорвали старинные постройки монастыря. Барановскому было непросто убедить местные власти в том, что он сможет восстановить комплекс из груды кирпичей. В 1964 году началась реставрация памятника по сохранившимся у Петра Дмитриевича обмерам и старинным фотографиям. Реставрационные работы ведутся и по сей день – учеником Барановского Александром Пономаревым.

ТУРИСТЫ ВАМ В ПОМОЩЬ

Занимаясь реставрацией Болдинского монастыря, Барановский периодически заезжал в Вязьму. Там он контролировал восстановление трехшатровой церкви Божией Матери «Одигитрии», вел активную переписку с историком Степаном Борисовым, где сетовал на непробиваемую стену равнодушия чиновников и отсутствие «того коллектива и общественного интереса, который необходим, чтобы хорошее начало было положено. <…> Для того чтобы привлечь внимание общественности к еще не восстановленным, но ценным памятникам архитектуры, Барановский направляет в Вязьму московских туристов. Из письма историку Борисову в мае 1965 года: «С этой запиской приедут к Вам группы туристов из Москвы, чтобы ознакомиться со стариною Вязьмы. Просьба к Вам показать музей и архитектурные ценности Вязьмы, затем они поедут в Хмелиту. Будет, я полагаю, полезно, чтобы они сразу написали впечатления и острую критику на бездействие тех органов, которые никак не отвечают на наши сигналы и воззвания. Пусть напишут, что Вы обращались в научно-методический совет Министерства культуры СССР, оттуда обещали прислать архитектора, но он едет уже два года и никак не доедет, а тем временем на месте предпринимают попытки все перестроить…»

Результаты не заставили себя ждать. Уже в ноябре 1967-го с Александром Понамаревым, его последователем в Болдине, и Виктором Кулаковым (ныне директор музея-заповедника «Хмелита») в Смоленске они были на приеме у начальника управления культуры Ю. П. Калинина. Петр Дмитриевич раскрывает папочку с выписками, инвентаризационными планами и фотографиями, которая так и называется - «Грибоедовская Хмелита». С этого момента и начались шаги по восстановлению усадебного комплекса.

СОХРАНИМ ЛИ?

Трудно себе представить, что жители села Хмелита, дети которых изучали в школе «Горе от ума», своими руками разбирали усадьбу дядюшки А. С. Грибоедова (прототип Фамусова), возможно, даже не подозревая того, что они уничтожают последнюю связанную с Грибоедовым в России достопримечательность. Как писал Н. В. Гоголь в сборнике «Арабески»: «Архитектура - это тоже летопись мира, она говорит тогда, когда уже молчат и песни и предания и когда уже ничто не говорит о погибшем народе».

Не дал усадьбе исчезнуть бесследно Виктор Кулаков, вовремя познакомившийся с Петром Барановским.

«В Хмелите я наблюдаю чудо, - вспоминает Кулаков, - по нашей просьбе сколачивают длинную лестницу, «ПДБ» (так звали за глаза Петра Дмитриевича) показывает, куда ее поставить, отбиваем штукатурку - и открывается единственный сохранившийся наличник Хмелитского дворца елизаветинского барокко. Вот это нюх, интуиция, знание, опыт и еще бог знает что!»

...Пройдет более трех десятков лет после описанных событий, Хмелита станет историко-культурным и природным музеем-заповедником А. С. Грибоедова, а Виктор Кулаков – его директором. Именно в Хмелите в 2002 году пройдет международная научно-практическая конференция, название которой придумал А. И. Комеч, - «Мир русской провинции. Сохраним ли?». Ее участники окажутся и в Смоленске, где посетят уникальные церкви ХII века – Архангела Михаила (Свирская) и Петра и Павла на Городянке, восстановленные по проектам Петра Барановского. В тот же год в селе Шуйское, где родился Барановский, откроют мемориальную доску, поставят крест на месте несохранившейся церкви, где крестили маленького Петра.

В год 125-летия со дня рождения П. Д. Барановского научно-практическая конференция ни в Вязьме, ни в Хмелите не проходит. В Шуйском уже негде проводить торжественные мероприятия, так как местный Дом культуры не функционирует и в полуразрушенном состоянии. Да и само село - на грани исчезновения (в связи с малочисленностью проживающего населения его хотят объединить с соседним селом Туманово).

Сохраним ли мы мир русской провинции? Вопрос конференции 2002 года остается нерешенным. В настоящее время на вяземской земле, родившей главного заступника русской архитектуры ХХ века, большинство памятников истории до сих пор лежит в руинах... Новым Генпланом отменены охранные зоны, готовится современная застройка Соборного холма (памятник археологии федерального значения), и в итоге совсем исчезает историческая среда древнего города Вязьмы...

Да и есть ли сегодня самоотверженные последователи Петра Барановского, хранители русской культуры, в современной России, в то время как ежегодно от бескультурья и небрежения гибнут сотни исторических памятников? Пока непонятно…

Автор: Татьяна Пастернак.



Загрузка комментариев...
Читайте также
Смолянин всадил отвертку в голову недругу
сегодня, 15:27
В дежурную часть отделения полиции по Ельнинскому району пос...
Под Смоленском овчарка разорвала таксу и чуть не загрызла ребенка
сегодня, 15:10
А хозяин овчарки стоял и смеялся, когда это все происходило,...
В Смоленской области неизвестные устроили охоту на собак отравленными дротиками
сегодня, 14:51
В Смоленской области после удара «лоб в лоб» двух иномарок пострадала автоледи
сегодня, 11:13
Дорожный инцидент произошел 15 декабря в Дорогобуже на улице...

Опрос

В Госдуме предлагают ввести социально-психологическое тестирование среди учащихся школ на предмет употребления наркотиков. Ваше отношение к этому?


   Ответили: 1215